Торчат наружу,
точно языки
болтливых сумасбродов.
В теле жар немыслим.
Уже
один с тоски
последний порох
в сердце выскреб,
и запылал пожарище немой
в глазах…
в слезах,
наполненных тоской,
суставы мокнут. В мыслях ватных
дрожит
небесная ширь,
потемнев от горечи и страха.